Фотограф и путешественник

В голову приходит так много идей, что многие из них приходится складывать на чердак.

И нет чтобы там тихо лежать. Они там… размножаются!!!

Иммерсивный бал «Ночь в холмах»

Есть проекты, которые сложно показать одним кадром.
Не потому что кадров мало, а потому что главное в них происходит между изображением, пространством и людьми.

«Ночь в холмах» была именно таким проектом.

Это был иммерсивный бал, где проекции не служили фоном для события, а становились частью самого действия. Зал превращался в серию визуальных миров: светящийся витражный интерьер, фантастический лес, космическое растворение. Гости не просто смотрели на изображение. Они двигались внутри него, танцевали среди света и теней, становились частью картинки.

Читать далее

Рубрика: -

Маньпупунер

Плато Маньпупунёр в Коми.

Семь каменных столбов высотой до 42 метров стоят здесь уже двести миллионов лет. Просто стоят. Смотрят на тундру, на облака, на людей с рюкзаками, которые тащатся к ним по бездорожью, чтобы сделать фото и почувствовать себя очень маленькими.

Коми называют их «болванами» — идолами. И это точнее любого геологического термина. Выветривание тут ни при чём: это явно кто-то расставил их намеренно, с характером и чувством пространства.

Осенью плато горит рыжим и красным — ягель, брусника, карликовая берёза. На этом фоне столбы выглядят ещё более инопланетно. И ещё более своими.

Маленькое искусственное животное

— Скажи, если проглотить осу, то яд который в ней тебя отравит?

— Нет, почти наверняка не отравит. Яд осы — это в основном белки, а белки желудок спокойно разбирает на аминокислоты. Опасность только одна: если оса живая и успеет ужалить внутри — тогда отёк в горле, это уже серьёзно. Но сам яд, проглоченный, не страшен.

— Просто подумалось.

— Мысль вполне научная. Кстати, яд змей по той же причине тоже можно проглотить без вреда — он тоже белковый. Опасен только когда попадает в кровь. А вот если говорить об осах и пчёлах — там есть неочевидный парадокс. Оса агрессивнее, но пчела конструктивно опаснее.

— То есть пчела оставляет не просто жало, а так сказать, шприц?

— Да, именно. Вместе с жалом из тела вырывается ядовитый мешочек с мышцами, которые ещё 20–60 секунд продолжают автономно сокращаться и выдавливать яд в рану — даже если пчела уже погибла. Пчела — одноразовый самовпрыскивающийся шприц, оса — просто многоразовая игла.

— Пчеле наверное больно. Вообще очень жестокий способ самоуничтожения.

— Пчела не «знает», что погибнет — просто из-за устройства жала происходит трагический побочный эффект. И вопрос больно ли ей сложный: сигнал «повреждение» есть, но страдания в человеческом смысле скорее всего нет. А с точки зрения улья это вообще не самоубийство — улей единый суперорганизм, и рабочая пчела в нём примерно как клетка иммунной системы. Клетка иммунитета тоже погибает, когда атакует угрозу.

— То есть у пчёл нет сознания и их можно не жалеть?
Читать далее

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.